Кто настоящий враг вашего спокойствия: расизм или депрессия?
Новая работа австралийских ученых развенчивает популярную байку: якобы расистские взгляды — это просто побочный эффект психических расстройств. Оказалось, что всё наоборот. Исследование, опубликованное в журнале Comprehensive Psychiatry, напрямую связывает предвзятость и ксенофобию не с проблемами в голове изначально, а с их последующим развитием: чем больше у человека предубеждений, тем тяжелее у него становится на душе со временем.
Ученые во главе с Тиган Круиз (Tegan Cruwys) из Австралийского национального университета вообще решили посмотреть, нельзя ли сваливать всю ненависть на мнимую "болезненность" — ведь после каждого случая массового насилия многие любят оправдывать агрессора "нестабильной психикой". Однако если лечить расизм психотропами, можно получить побочный эффект — дискриминацию тех, у кого и так проблемы с психикой.
Исследователи, кажется, вдоволь насмотрелись на это шоу. Потому и понравился им обратный вопрос: а не становится ли человек расистом от одиночества и социальной отчужденности — а заодно и психически менее устойчивым? Эта версия звучит куда правдоподобнее в мире, где каждому третьему вечно не с кем попить кофе.
В дело пошли сразу три масштабных австралийских опроса, каждый — не абы как, а с замером динамики: одних и тех же людей опрашивали дважды с разницей примерно в полгода. Первый эксперимент провели весной 2020-го — народ только-только осваивался в ковидных оковах. 2361 взрослому предложили на выбор: как далеко ты хотел бы держаться от людей разных национальностей, если сравнить с роднёй и друзьями? А ещё оценили, насколько тёплые чувства кандидат испытывает к разным группам — и насколько часто ощущает себя одиноким и выброшенным из жизни.
Вторая серия наблюдений совпала с предстоящим всенародным голосованием по поводу включения в конституцию Австралии положения о признании аборигенов и жителей островов Торресова пролива. Здесь попались уже 3860 добровольцев, которым задали прямой вопрос: не кажется ли вам, что коренные жители получают "особые привилегии"? Такой ответ явно сигналит о предвзятости. Плюс изучили уровень доверия людей к государству, полиции, учёным — своего рода индикатор социальной включенности.
Третья часть эксперимента вновь прошла на волне референдума — на этот раз с не-аборигенами (2424 участника). Им предложили выразить отношение к аборигенам, рассказать, ощущают ли они себя частью семьи, района, страны, и прошлись по привычной уже линейке шкал для политкорректного замера ментального здоровья.
Динамика оказалась такой красноречивой, что не подкопаешься. В срезе за один момент — между предубеждениями и тревогой или депрессией почти нет связи. Из чего несложно сделать гениальный вывод: психические проблемы ещё совсем не значат, что человек будет ненавидеть окружающих. Но если следить за подопытными во времени, всё становится на свои места: чем сильнее расистские взгляды, тем тяжелее становится на душе — и гораздо чаще прочих их начинают донимать тревога и подавленность. Особенно у тех, кто за полгода стал ещё предвзято относиться к другим.
Любопытно, что во втором исследовании уровень тревожности у всей страны полз вниз — но тех, кто был не так предвзят, радость отпускала гораздо быстрее. А у упёртых ксенофобов — всё едва шевелилось.
Попробовали ученые и обратное: влияет ли тревожное состояние на дальнейшее усиление предубеждений? Вышла каша: в паре случаев была какая-то связь, но в целом — нет. В третьей волне, например, тревожность никак не сказывалась на расистских настроениях.
А вот что оказалось действительно важным — это ощущение социальной включенности. Чем больше человек чувствует себя отрезанным от общества, тем проще ему поддаться как предубеждениям, так и собственного душевному раздраю. Порой, если учесть число друзей или уровень доверия к институтам, прямая связь между расизмом и тревожностью тает. Как говорится, кто одинок — тому и свой, и чужой враг.
Учёные предполагают: постоянное ощущение угрозы, которое лежит в основе расистских взглядов, — стряпня не только для злости, но и для изматывающей тревожности. "Все вокруг угрожают мне и моему" — здесь и жизни не хватит расслабиться. А когда из года в год живешь будто на пороховой бочке — никакими таблетками не перекроешь этот фон.
Социальный посыл очевиден: хочешь бороться с предвзятостью и улучшать психическое здоровье? Помогай людям вписываться в общество, общаться, доверять другим — и, может быть, и расисты поулыбаются, и психологи вздохнут свободнее.
Конечно, работа с оговорками: исследования шли только в Австралии, методы подсчета немного разнились, а отвечающие, где-то лукавили для приличия. Да и расследовали общий фон, а не крайние случаи вроде членов экстремистских групп. Возможно, динамика ненависти у людей в балаклавах совсем иная.
Нет, это не откровение на века: теперь надо выяснить, не действует ли аналогичный эффект на сексизм и гомофобию. Да и стоит прокачать практику: если сделать людей чуть менее одинокими, не исчезнет ли и часть их злости? Судя по всему — душевное здоровье зависит не только от таблеток, но и от того, как много у тебя друзей и насколько ты чувствуешь себя своим.
