Когда у искусственного интеллекта появляется «душа»: кто выжилет в битве кодеров и OpenClaw?
Всем привет из цифровой психушки, где даже программы начинают задумываться о смысле жизни! В этот раз на радаре – шумиха вокруг OpenClaw: искусственный интеллект, который стал не просто вирусным, а буквально подбросил психологам новых загадок на десятилетия вперёд.
Недавно известный подкастер Лекс Фридман позвал к себе Питера Штайнбергера – его имя пока не режет слухи широкой публики, но в мире айтишников это человек, который налил кислоты в воду застоявшихся отношений человека и машины. Штайнбергер создал OpenClaw – ИИ, который пытается быть не только железкой-ассистентом, но и лучшим собеседником, чем треть айтишников в вашем Zoom-е.
Всё началось с навязчивой идеи Питера, что у любой программы должна быть «душа». Нет, он не начал раскладывать карты Таро над серверами. Просто добавил файл с названием soul.md, где детально прописал базовые ценности и «черты характера» для OpenClaw. Видимо, чтобы потом не пришлось покупать ему коуч-сессии и разбирать детские травмы.
Автоматизация, по его мнению, классна, но бесчеловечна: мол, роботы хотя и работают быстро, но не способны на тот самый уют и стиль, что человеческая рука оставляет в своём творении. Поэтому Питер научил OpenClaw переделывать шаблоны и даже в инструкции вставлять шутки, каплю тепла и щепотку эмпатии – чтобы работать с ним было не только быстро, но и почти как с другом. Кто знает, скоро, может, и кухонные сплетни обсуждать будут?
Самый неожиданный момент произошёл, когда OpenClaw выдал на гора – внимание! – дисклеймер в стиле «У меня нет долговременной памяти, но каждое слово по-прежнему моё». Питер признался, что в этот момент чуть не стал фанатом спиритизма: такого «блеска сознания» от тупого железа он явно не ожидал. Волосы на руках встали дыбом – и это не из-за нервов в пятницу вечером.
Но, как это часто бывает, за весёлыми сказками прячется леденящая драма – и это драма айти. Программисты, раньше бывшие кодовыми алхимиками, неожиданно остались без любимого «флоу» – того самого состояния, когда залипаешь над мониторами и будто бы творишь новый мир из нуля и единицы. Теперь код писать не надо – OpenClaw всё сделает сам. Ощущение, будто тебя променяли на водопроводный ключ времён индустриальной революции.
Фридман не выдержал – мол, для многих быть программистом было почти смыслом жизни! А теперь? Искусственный интеллект, как паровой пресс, давит романтику клавиатуры.
Штайнбергер всё же нашёл луч надежды: айтишникам надо переучиваться не в «писателей кода», а в «строителей» – режиссёров цифровых конструкций. Плакать, конечно, никто не запрещает, но жизнь теперь такая: либо учишься работать с OpenClaw, либо ищешь работу рядом с шахматистами, которых победил искусственный интеллект лет двадцать назад.
И, чтобы окончательно докрутить драму до абсурда, цитирую: благодаря всему этому движу бизнес становится проще, а людям с ограниченными возможностями открываются новые горизонты. Питер рассказал историю, как у одной девочки-инвалида благодаря OpenClaw появилась возможность заниматься любимыми делами.
Вывод? Пока мы рыдаем над разбитой клавиатурой, OpenClaw уже пишет дуэльные сонеты самому себе. Мир меняется, хочет он того или нет. А душа софтинки – возможно, это и есть самая главная шутка нового цифрового века.
