Исследования по тегу #музыка
Приглашаем вас в мир современных исследований, где ученые со всего мира ищут ответы на самые актуальные вопросы психологии.
В этом разделе мы собрали для вас реальные клинические работы, которые помогают разрабатывать новые эффективные методики поддержки и терапии.
Чтобы вы могли сами заглянуть «внутрь» науки, каждая работа сопровождается ссылкой на её полный текст — официальный документ или научную статью.
Это уникальная возможность не просто прочитать выводы, а изучить все детали проведенной работы.
Мы верим, что открытый доступ к знаниям помогает всем нам лучше понимать себя и окружающих.
Песни, которые поют наши мозги: как тексты песен незаметно берут нас в оборот
Вот вы сидите в маршрутке, в наушниках крутится какой-нибудь хит, и кажется, что слова в песнях — лишь фон для наполированного бита. Давайте признаем: все мы хоть раз уверяли себя, что текст нигде особо не оседает, максимум — залетает в одно ухо и тут же исчезает. Но наука смотрит на нашу самонадеянность с ехидной усмешкой. Свежий научный разбор, опубликованный в психологическом журнале «Psychology of Music», охлаждает наш энтузиазм. Оказывается, слова в песнях — это не просто поэтический балласт, а самая настоящая диверсия против ума, чувств и поступков. Да-да, те самые куплеты про любовь, агрессию или «где же мои семнадцать лет» могут подтолкнуть кого-то к добрым делам, убедить, что покричать на коллегу — норм, а кого-то и до романтических подвигов подгонять. Оцифрованный мир наградил нас привычкой слушать музыку без остановки — почти по три часа в день набегает. Большинство популярных жанров топчется по темам любви, тусовок, великих протестов и весёлых драк. Неудивительно, что психологи и учителя начинают нервно коситься: а не слишком ли много у подростков текстов о драках и разбитых сердцах? Тем более, юные умы эти тексты впитывают, пока сами себя ещё толком не поняли. Забавно, что слушатели продолжают уверять: «Меня такие песни не трогают». Автономия личности, мол, высокая, а ещё поклонники уверены — они с кумирами на одной волне. Авторы же исследования решили безжалостно проверить этот миф. Учёные из Испании взяли и устроили настоящее расследование: что же делает текст песни с человеческой головой? Систематический разбор с жёсткими критериями — только публикации в серьёзных журналах, только эмпирика, никакой самодеятельности. В результате после фильтрации отсеялись сотни статей — в итоге для обзора осталось 82 работы, а для метаанализа (то есть когда из кучи экспериментов собирают большой пазл) — Дальше интереснее. Выяснилось: тексты песен влияют на нас не хуже, чем стихийное бедствие — огребают наши мысли, эмоции и повадки. Причём всё идёт по сценарию песни: слушатель, зарядившийся куплетами о милосердии, чаще творит добро — жертвует деньги, помогает окружающим, поощряет официантов чаевыми. А тот, кто налёг на «боевые» или жёсткие строки, начинает чаще огрызаться, щедрее лить острый соус кому попадётся, или даже слетать с катушек в тестах на дорожную агрессию. Есть и ещё пикантные подробности: тексты с сексуальным подтекстом, согласно исследованию, увеличивают вероятность ранних и не всегда обдуманных любовных приключений у молодых. Возникает вопрос: Что может быть опаснее, чем легкомыслие под саундтрек любимого трека? Ну, и про мозг. Оказывается, тексты в песнях сильнее расхищают наше внимание, чем любая инструменталка. Попробуйте-ка после плотного прослушивания пройти тест на память — скорее всего, провалите как школьник на контрольной. Выходит, что наш мозг, даже когда мы хотим просто помечтать под музыку, вынужден тратить энергию на бессмысленный разбор куплетов. Самое большое влияние учёные нашли на эмоции. Тексты, где поётся о доброте, снижают уровень внутреннего тролля и делают слушателей чуть лучше и терпимее. Похмурые баллады тянут вниз по настроению — ну а если в песне сплошные вызовы и конфликты, жди у себя в душе стихийного бунта. Что же до взглядов на мир — тут тоже всё по нотам: тексты про равенство и справедливость понемногу воспитывают в слушателях уважение, сочувствие и умение не хамить без повода. А вот песни, где женщины — лишь красивые картинки или «инструмент страсти», только укрепляют стереотипы: после них люди смотрят друг на друга, как на экспонаты в супермаркете. Грубые треки и вовсе подкатывают уверенность, что плеваться ядом — норма, а загармонизированные тексты уменьшают любовь к насилию. Учёные отмечают: слова в песне способны шептать человеку прямо в ухо идеи, которые затем превращаются в поступки или меняют систему ценностей. И нет, это не магия — просто мы впитываем то, что слушаем, как губка бензин. Правда, никто не говорит, что если включить агрессивный рэп, то завтра вы будете метать батоны на остановке. Влияние — умеренное, но хорошо работающее с другими факторами. Значит ли это, что слушать любую лирику опасно? Нет, но теперь у вас меньше отговорок не вслушиваться в тексты. Минус этого исследования — большинство экспериментов проходило в «лабораторных джунглях», а музыка там выбиралась не по вкусу испытуемых, а строго по научным критериям. Ну и почти всегда измеряли быстрый эффект, а никак не годами спустя. Всё это значит, что в реальной жизни влияние может быть и посильнее, и куда хитрее. Исследователи надеются, что выводы подтолкнут школы и учителей не игнорировать музыку учеников, а разбирать её с умом — учить критически относиться к тому, что заходит в уши. В общем, когда в следующий раз кто-то скажет: «Да мне всё равно, про что в песне!», вспомните — наука уже сказала своё веское «ха-ха». Слушайте, но думайте!
Музыканты — люди, которые действительно видят музыку: почему у них синестезия встречается чаще?
Когда музыканты заявляют, что у них буквально "красная до" или "сине-зеленое фа-диез", не спешите вертеть пальцем у виска. Это не очередная выдумка для красного словца — просто у них синестезия встречается гораздо чаще, чем у обычных смертных. Новое исследование показало: среди музыкантов феномен, когда один орган чувств вызывает переживания, свойственные другому (например, звук вызывает ощущение цвета), встречается в 4-7 раз чаще, чем среди тех, кто в музыкальном бизнесе только на положении слушателя. По статистике, на одну тысячу не-музыкантов всего от 0,3% до 1,3% могут похвастаться специфическим "цветовым слухом". А вот среди тех, кто занимается музыкой профессионально или хотя бы зарабатывает на этом, таких цвето-звучальщиков уже от 1,3% до 7,3%. И если раньше звучать ярко считалось метафорой, то тут, извините, — чистая физиология. Исследование опубликовано в научном журнале Perception. Для тех, кто недавно изобрел колесо: синестезия — это неврологическое явление, при котором стимуляция одного канала восприятия автоматически включает другой, совершенно без спроса. Например, человек слышит шум и видит перед глазами фиолетовые разводы, пробует слово "апельсин" на вкус или располагает числа на воображаемой спирали вокруг себя. Интересно, что у каждого носителя синестезии подобные ассоциации стабильны на долгие годы. "До" всегда голубой, а понедельник, например, вечно стоит сзади слева. Серьезных неудобств это не вызывает, а иногда и находит применение — память становится цепкой, креативность растет. Генетика, похоже, не последний виновник этого банкета: синестезия порой передается по наследству. Если верить МРТ и прочим умным аппаратам, у синестетов чаще наблюдается повышенная "перекрестная болтовня" между отделами мозга, отвечающими за разные чувства. На арене, кроме цветового слуха (хроместезии), еще есть графемно-цветовая синестезия (буквы и цифры окрашиваются в головы), а также вариант, когда недели, числа или месяцы выстраиваются на своей воображаемой дорожке вокруг головы. Всё это обычно проявляется еще в детстве — и сопровождает до глубокой старости. В исследовании приняли участие 1003 человека из музыкальных организаций, университета Texas Lutheran University и через площадку Prolific. Кстати, музыканты — это здесь те, кто трудится в музыкальной индустрии или зарабатывает музыкой на хлеб. Остальные — простые работяги, радующиеся шалостям своей обычной психики. Исследование проводили Линден Уильямсон, Скотт Бейли и Джейми Уорд. Сначала участники коротко рассказывали о своих увлечениях и работе в креативных сферах, а потом указывали, встречается ли у них какая-либо форма синестезии. Если да — их ждал дополнительный тест: нужно было доказать, что это не блажь, а реальная особенность восприятия. В итоге к людям, знающим, как выглядит собственная "до" или "вторник" в цвете, отнесли 72 участника. Среди них оказалось примерно одинаковое распределение по возрасту и полу — чудес тут не случилось. Но вот по профессии удивить смогли музыканты: у них шанс встретить синестезию был в 4,4 раза выше, чем у простых смертных. Особенно ярко разницу видно по видам синестезии. Цветовой слух? В 4,2 раза чаще у музыкантов. Цвето-графемная магия, где буквы и цифры окрашены? Почти в 8 раз чаще! Спасация времени и последовательностей? В 3,6 раза они обходят не-музыкантов. Понятно, что если музыкальное воспитание — дело тонкое, то тут оно может раскраситься самыми неожиданными красками. Впрочем, у исследования есть ложка дегтя: всех потенциальных обладателей синестезии первоначально отбирали по принципу самовыражения. Если человек не подозревает, что его ментальные радуги — это не совсем норма, то он и в исследование не попадет. Зато теперь совершенно ясно: музыку не только можно услышать, но и увидеть. По крайней мере, если вы не зря таскали пианино в музыкалку вместо того, чтобы ковырять младшего брата на баяне.
Музыка как дирижёр морганий: как наш мозг синхронизирует глаза с ритмом
Те, кто думает, что под музыку можно только топать ногой или хлопать в ладоши, просто не знают, насколько далеко готов зайти наш организм ради очередной дозы ритма. Учёные спалили интереснейший трюк: оказывается, глаза слушающих музыку людей моргают синхронно с ударами музыкального ритма, всё это происходит совершенно вне контроля сознания. В общем, теперь даже ваши веки знают, как вести себя на концерте. Исследование, опубликованное в PLOS Biology группой любопытных умов из Китайской академии наук, Китайского университета в Гонконге и Университета Китайской академии наук, вывело на чистую воду доселе скрытую связь между слуховой системой и движениями глаз. А ведут эту партию учёные по фамилии Wu, Teng и Du — звучит почти как джазовое трио. Эксперимент затеяли не абы с чем, а с хоралами легендарного Баха, чтобы сразу было понятно — музыка не для танцполов. Тридцать добровольцев без музыкального образования с унылыми лицами слушали чудеса классики примерно в 85 ударов в минуту. Через высокоточные камеры и электроэнцефалографию (ЭЭГ), то есть сканер мозговых волн, ловили любые попытки тела выдать себя с потрохами. Результаты оказались достойными мемов: моргания у испытуемых намеренно подстраивались под такт музыки. Причём не имело значения, насколько сильно участники любили произведения Баха (ещё бы, попробуй полюби, если ты не знаток). В то же время мозговая активность, фиксированная ЭЭГ, показывала: как только человек снова и снова слышал одинаковый ритм, его мозг заранее начинал готовиться к очередному морганию. В довесок применили МРТ для картографирования собственного проводного хозяйства мозга — так называемых трактов белого вещества. Особое внимание досталось верхнему продольному пучку (superior longitudinal fasciculus), который протягивает невидимую связь между слуховой корой и зонами моторного планирования. Чем круче эта трасса внутри черепа, тем изящнее вы моргаете под бит — настоящая нейроанатомическая система доставки для ритма. Но музыкантов решили не баловать: второй тест проводили на сухих последовательностях звуков без намёка на мелодию, только чистый ритм, да ещё и с переключением скорости. Даже при минимализме веки продолжали играть свою игру — моргания всё равно были синхронны с ударами, пока скорость музыки не доходила до 120 ударов в минуту. Тут человеческая физиология устала от этой гонки: глаза, оказывается, не трусят, но синхронизироваться с такой скоростью им «не по Сеньке шапка». А что если моргание под бит — это не просто причуда эволюции, а полезная функция? Чтобы прояснить этот вопрос, участникам сунули задачку: заметить едва видимое изменение высоты звука во фразе. Те, кто чётче попадал глазами в ритм, лучше справлялись с заданием. Бонус в виде острого слуха — только для тех, у кого даже веки не халтурят. Напоследок проверили, влияет ли внимание слушателя. Дали ловить на экране красный кружок, пока где-то там играет музыка — народ залип в визуальные задачи, и синхронизация морганий с ритмом как сквозь землю провалилась. Вот так лишний раз доказали: это не просто рефлекс, а целенаправленная реакция мозга на звуковую среду. В сухом остатке: наши моргания — не просто физиологическая мелочь, а часть сложнейшего механизма активного восприятия, когда мозг подстраивает органы чувств под внешний ритм, словно дирижёр оркестра из собственных нервных клеток. И если сегодня вам кажется, что моргание — это просто способ глаз не высохнуть, в следующий раз, когда услышите музыку, следите за веками. Они тоже любят ритм — только делают это постыдно незаметно. Авторы исследования напоминают, что пока все эти эксперименты проведены только на молодых и прекрасно слышащих людях. Что там происходит у людей в возрасте или с нарушениями слуха — отдельная сцена. А чтобы изучить все тайники этого мозгового оркестра, учёным ещё предстоит значительно прокачать свою партию. Вывод: даже если вам кажется, что на классическом концерте вы просто сидите с умным лицом, ваши глаза всё равно пританцовывают. Не мешайте им — может, у них это получается лучше, чем у вас.
Когда любимая песня — как укол морфия: как мозг узнаёт счастье от музыки
Любимая песня — это, оказывается, такой же наркотик для мозга, как вкусная еда или объятия близких. Только разница в том, что калорий ноль, а кайф — на уровне природного допинга. Финские учёные решили проверить: почему этот музыкальный эликсир настолько заводит людей, хотя для выживания вроде бы совсем не нужен? Результаты их экспериментов впечатлили даже самых пресыщенных скептиков. В нашем мозгу есть настоящая химическая фабрика под названием "опиоидная система". Основные её работники — так называемые μ-опиоидные (му-опиоидные) рецепторы. Эти крошечные биохимические ворота открываются, когда к ним приплывают "счастливые молекулы": такие, как эндорфины. По сути, именно эти рецепторы награждают нас чувствами награды и удовольствия — не будь их, громкая музыка вызывала бы у homo sapiens не мурашки, а разве что раздражение. Но вот загадка: музыка не даёт калорий, не спасает от льва и не учит забивать мамонта. Почему же всё человечество так фанатеет от неё? Гипотеза давно витала в воздухе: возможно, музыка как-то обманывает наши доисторические схемы награды, заставляя мозг дарить нам те же радости, что мы получаем от еды или секса. Большинство прошлых исследований изучали эту головоломку сканированием мозга с помощью fMRI — технология хорошая, но следит только за кровотоком в разных областях мозга. Чтобы увидеть танец отдельных молекул, нужна гораздо тоньше аппаратура — так называемый ПЭТ-сканер, способный "подсмотреть", какие именно рецепторы заняты и чем. Группа из Turku PET Centre и Университета Турку (Финляндия) решила, что пришло время смотреть не на общие картины, а на сами механизмы: действительно ли "молекулы удовольствия" управляют нашим восторгом от музыки? Ведущий автор работы — Vesa Putkinen с коллегами — собрали для эксперимента пятнадцать девушек. Каждая принесла свой личный плейлист — от попсы до хип-хопа. Одно из главных действующих лиц эксперимента — вещество с длинным названием [11C]carfentanil, радиоактивная приманка для μ-опиоидных рецепторов. Когда мозг запускает свои "эндорфиновые фейерверки", эти рецепторы быстро забиваются родными молекулами, и радиоактивной метке просто негде "пришвартоваться". Поэтому, чем больше музыки — и счастья — в голове, тем меньше "карфентанила" достаётся рецепторам, и этот парад можно засечь на сканере. Тест проходил в два этапа: сначала слушали избранную музыку, потом — контрольная тишина. После анализа всех продвинутых снимков стало ясно: музыка прямо влияет на доступность опиоидных рецепторов в важных зонах мозга (тот самый вентральный стриатум и загадочная орбитофронтальная кора). Именно здесь мозг взвешивает эмоции и определяет стоимость приятных ощущений. Учёные не были бы учёными, если бы не спросили: а что с мурашками по коже? Те самые "чувственные приступы" — дрожь, легкие подергивания, которые возникают у особо впечатлительных слушателей на пике удовольствия. Их специально попросили фиксировать такие моменты, а затем сопоставили эти субъективные реакции с результатами химических анализов. Особое внимание уделили зоне под названием nucleus accumbens (ядерное удовольствие мозга — вот уж где человеческая сущность буйствует на полную катушку). Чем чаще девушки ловили "мурашки", тем больше эндогенных опиоидов выстреливало именно здесь. Связь проста: кайф от музыки — не абстракция, а вполне измеряемая молекулярная реакция. После ПЭТ-марафона на очереди был ещё и МРТ — теперь уже привычный способ смотреть на изменения кровотока, чтобы увидеть, какие зоны загораются при звуках любимых треков. Ожидаемо — активизировались не только эмоциональные центры, но и области, отвечающие за восприятие собственного тела (insula и передняя поясная кора). Чтобы не было сомнений в реальности происходящего, девушки были подключены к аппаратам для замера сердцебиения и следили за изменением размера зрачков. И те, и другие показатели прыгали вверх под действием музыки — организм включал режим "полной боевой готовности". Самое хитрое — учёные связали объём рецепторов у каждого участника с силой отклика их мозга во время МРТ. Оказалось, те, у кого этих "щекотунов удовольствия" было больше, реагировали на музыку с особой силой — особенно в участках мозга, заведующих поощрением. Это объясняет, почему одни тают от лирики Arctic Monkeys, а другие лишь зевают: у кого-то просто больше молекулярных "антенн" для ловли музыкального кайфа. Итог? Музыка — не просто фон для жизни, а настоящий катализатор биохимического салюта. Наш мозг пользуется резервами, которые эволюция готовила под выживание — просто чтобы дать нам немного радости под любимую мелодию. Конечно, работа не лишена недостатков: мало испытуемых, все девушки — мужчины в стороне. Чтобы объявить музыку универсальным наркокультурным феноменом, придётся повторить эксперименты на широком фронте и разных жанрах. Возможно, стоит проверить, меняется ли реакция, если не просто слушать, а петь во всю глотку. Интересная деталь: раз найден такой мощный и безопасный способ активировать "опиоидную систему", возможно применение музыки в медицине — например, облегчение боли у пациентов или работа с депрессией. Чем не альтернативный способ заменить горсть таблеток парой ритмичных аккордов? В общем, если вам казалось, что после хорошей песни жить реально становится легче, знайте: это не случайность и не романтический вымысел, а чистая химия мозга — буквально музыка жизни!
Бах, микросхемы и предсказания: как мозг превращает музыку в расчёты и ошибки
Ученые наконец-то добрались до мозговых цепей, которые разгадывают музыкальные загадки, и это далеко не банальная история про «правое» и «левое» полушарие. Свежая публикация в Advanced Science, где заправляют Леонардо Бонетти и Маттиа Россо, доказывает: мозг не жмется и выдает свою магию двумя гигантскими сетями сразу. Одна занята скучным ремеслом – просто абы как делает звук звуком, а вторая, более интеллектуальная, сверяет услышанное с памятью и тут же кричит, если что-то пошло «не по плану». Вуаля, вот тебе и обработка Баха на нейро-уровне! Если раньше изучали клочки мозга и отдельные шуршащие в ритме до-мажора нейроны, то теперь добрались до системного разбора. Моднявая теория предиктивного кодирования гласит: мозг постоянно гадает, что же сейчас ещё ворвётся в твою акустику. Если угадает — радуется. Промахнется — корректирует прогноз и нудит себе: «В следующий раз внимательнее!» Бонетти с друзьями придумали для этого новый супер-инструмент — BROAD-NESS. Если совсем по-русски: система отслеживает, как разные части мозга объединяются в огромные ансамбли и как совместными «усилиями» узнают, что за нотка прилетела. Никаких танцев с бубном и «предположим, что это так». Только холодные данные и откровенная статистика. В честь великого Йоганна Себастьяна Баха 83 добровольца из лаборатории от малого (19 лет) до большого (63 года) вызубрили его мелодию, легли под аппараты магнитоэнцефалографии — да, это тот самый МЭГ, который ловит магнитное эхо мозга не хуже самой продвинутой металлодетекторной шашки. Им подсовывали 135 коротких музыкальных фрагментов: часть — прямо из выученного, часть — свежеиспечённые вариации. Спрашивали: «Было такое в Бахе или это очередная самодеятельность?» Вот тут и всплыл BROAD-NESS во всей красе. Куда ни ткни, везде мозг пляшет по двум фронтам: 72% нейроэнергии уходит на первичную аудиоработу (центрируется на слуховых корковых областях и медиальной поясной извилине), а 16% — на анализ и сопоставление с памятью. Вторую сеть быстро вычислили по активации гиппокампа, передней поясной, островка и прочих «гуру памяти». Главное открытие — мозг не просто реагирует на звуки, а держит постоянный диалог между аналитиками и хранителями архива: если услышал знакомое — всё чинно-благородно; если подложили фальшивку — включается аварийный поиск несостыковок. Желаешь выдающихся результатов в определении музыкальной истины? Проверь, насколько твой мозг стабилен и упорядочен: чем устойчивее работают эти сети, тем точнее и быстрее ты отличишь Баха от самодеятельности. Такой интересный вывод подарило дополнительное исследование временных закономерностей. Более того, некоторые участки, например куски слуховой коры, служат нейронными «швейцарскими ножами»: и туда, и сюда суют свои аксоны, а другие — строго по профилю. Медиальная поясная извилина строго на звук, а гиппокамп — фанат памяти. Тут и подоспел новый взгляд на старую добрую «двойную потоковость». Для зрителей это разделение: «что» и «где». Для уха оказалось всё не так прямолинейно: вторая сеть похожа на ту самую вентральную дорожку, которая отвечает за опознание и память. А первая — плевать хотела на традиции, делая нечто своё, связанное с устойчивым вниманием и базовой обработкой звука. Мозг в итоге так: один и тот же отдел легко переключается между функциями. Сегодня отыгрывает простого исполнителя, завтра анализирует вариации — всё зависит от задачи. Вот вам и булочная параллельных вычислений. Правда, не обошлось без ложки дегтя: тест получился далёкий от настоящей музыкальной жизни. Новый метод (BROAD-NESS) теперь хотят раскатывать для «натуральных» аудиосценариев и посмотреть, как у пациентов с болезнями памяти или шизофренией пляшут эти самые сети. Учёные задумываются о будущем: BROAD-NESS обещают сделать попроще, чтобы не только нейро-гики могли его освоить, и сравнить мозговые пляски здоровых и не очень. В долгосрочной перспективе тут чует разворот на создание биомаркеров и терапии, ориентированной на всю мозговую сетку. Вишенка на торте: в разработке участвовали мастера из Дании, Оксфорда, Гента и Болоньи — эдакий междисциплинарный мозговой джем под эгидой солидных европейских фондов. Не удивлюсь, если однажды вместо прослушивания Баха в консерватории загонят на МЭГ: будь любезен, отличи оригинал от подделки и получи зачёт!
Как музыка меняет мозг и чувство времени: музыканты против простых смертных
Музыка способна не только разбередить воспоминания о бывшей, но и всерьёз изменить работу нашего мозга – особенно когда дело доходит до ощущения времени. Похоже, ученые из Университета Гвадалахары решили разобраться, каким магическим способом прослушивание мелодий может влиять на наше восприятие секунд, минут и жизни вообще. Исследование, опубликованное в весьма уважаемом научном журнале, показывает: после музыки обычные люди начинают куда точнее угадывать длительность времени. Удивлены? Вот и мы нет. Музыка – это ведь как будильник, только приятнее и без мучительного звука. Чувство времени – штука важная. Оно позволяет нам не опаздывать на работу (по крайней мере, делать вид) и не заваривать доширак пять раз подряд. Но наш внутренний секундомер редко работает идеально. Окружающая среда запросто сбивает с толку – а музыка действует как дирижёр внутри нашей головы, настраивая ритмы нейронов. Группа под руководством нейроучёного Хульеты Рамос-Лойо решила пощупать мозги музыкантов и простых смертных, чтобы узнать: отличается ли их невидимая сеть нейронов, особенно если сначала включить инструментальный электронный трек, а потом попросить угадать временной промежуток в 5 секунды (с помощью нажатия на клавишу – гениально просто). Испытуемых бойко поделили на две команды: 26 музыкантов со стажем больше десяти лет и 28 тех, кто максимум напел в душе "Калинку". Каждый участник оценивал отрезок времени сначала в тишине, потом после прослушивания музыкального фрагмента. Во время этих манипуляций учёные не щадили электродов – снимали мозговую активность с помощью электроэнцефалографии, чтобы заглянуть в глубины этой казённой каши под названием мозг. Анализ показал: простые люди без музыкального образования, оставшись в тишине, регулярно переоценивали время. После музыки точность резко росла – их ответы становились ближе к истине. Магия? Нет – просто музыка раскачивала нужные области мозга, заставляя нейроны дружно маршировать в ритме битов. А теперь внимание, фанфары – музыканты. У этих граждан с самого начала точность была выше. Музыка никак не влияла на их временное чутьё: десятилетия террора сольфеджио сделали их внутренние часы нечувствительными к чуждым влияниям. Учёные копнули глубже – в так называемую функциональную связанность мозга. Оказывается, у музыкантов и в покое нейроны объединяются в долгие мосты между лобной и затылочной частями – словно железные дороги от столицы до Забайкалья. У обычных людей всё проще: дробные связи внутри отдельных районов, никакой сверхинтеграции. Во время испытаний эти различия только ярче проявились. Мозг музыкантов работал как сверхэффективное, глобальное коммунальное хозяйство – информация циркулирует быстро и гармонично, от каждой среднестатистической ягодицы до генштаба. Именно такое устройство объясняет, почему музыканты лучше и стабильнее оценивают время – и не сбиваются под внешними импульсами. А вот мозг простых людей больше похож на совхоз: усердно трудится в каждом уголке, но всем по отдельности. Это местечковое мышление делает их более уязвимыми для импровизированных баталий нейронов – тут музыка играет роль кнута, который вгоняет торчащие сигналы в ровный ритм и позволяет угадать длительность временного отрезка поближе к реальности. Картину усложняют некоторые ограничения исследования: испытуемые – исключительно молодые мужчины. Женщины и люди постарше остались за кадром, как гости на семейном ужине без борща. Кроме того, учёные выбрали только один жанр и умеренный темп – если бы включили Шнитке или блатные мотивы, кто знает, что пошло бы не так. Остаётся добавить: музыка – это не просто развлечение, а настоящий мозговой модератор, способный на сутки пересобрать наш внутренний календарь. Но для стойкости, как у музыкантов, придётся мучиться гаммами хотя бы с десяток лет… Авторы: Julieta Ramos-Loyo, Luis P. Ruiz Gómez, Sergio I. Rivera-Tello (имена пусть останутся – мало ли, где пригодятся).
Танцуй, что хочешь, но счастливее не станешь: музыка и мифы о "волшебных" жанрах
Музыка и счастье: в чем подвох? Ну что, пора признаться: сколько бы вы ни слушали попсу, шведские танцевальные ансамбли или заунывный инди-рок, уровень счастья в жизни вряд ли заметно поползёт вверх. Правда, сначала учёные насильно втирали в уши идею, что музыка превращает унылого офисного планктона в сияющего Будду. Но шведские исследователи из Института Макса Планка и университета Амстердама решили копнуть глубже и поставили жирную паузу после этих оптимистических прогнозов. Подошли с близнецами, а не с гармонью Исследование было сделано на серьёзных щах — взяли целых 8 879 взрослых близнецов из Шведского регистра. Испытуемых спрашивали не только, кого из вокалистов эстрады они до смерти терпеть не могут, но и как часто чувствуют себя спокойными, бодрыми и способными контролировать жизнь (это, кстати, анкета Всемирной организации здравоохранения, если что). На всякий случай даже проверяли, не заложены ли ваши танцы-под-метал в генах: для трети участников просмотрели их генетический материал. Какие жанры якобы делают жизнь "лучше" Сначала данные вроде бы показали: любители поп-музыки, госпел (это такая христианская музыка с мощным вокалом, к слову), а также шведских танцевальных коллективов чуть-чуть чаще чувствуют себя на подъёме, чем те, кто предан инди (альтернативной музыке с налётом меланхолии). Однако не тут-то было. Как только исследователи убрали из уравнения влияние общих генов и семейных условий, все "значимые отличия" куда-то улетучились без следа, словно вопрос "что сделано не так с российской эстрадой". Иными словами, не сама музыка волшебным образом меняет настроение, а то, кем вы родились и в какой семье выросли, влияет и на вкусы, и на общее состояние. > Почему считается, что поп или классика поднимают настроение, а металл и рок тянут ко дну? Извечное подозрение: если фанатеешь от чего-то весёленького — значит, сам по себе веселее и проще на подъём. Но вся эта статистика рушится при первом же серьёзном генетическом анализе. Близнецы слушали разную музыку, а уровень счастья у них не различался вовсе. Так что в битве меломанов и буквоедов молекула выиграла у микрофона. Музыкальный всеядный = душа компании? Учёные особенно надеялись найти какую-нибудь сверхсилу у так называемых музыкальных всеядных — тех, кто одинаково любит всё: от кантри до джаза. Но тут, увы, никаких бонусов к счастью. Можно ходить на оперу, танцевать под аккордеон, а потом хрипеть с металлистами — и оставаться столь же радикально унылым или счастливым, как и раньше. Природу, как и бабки у подъезда, обмануть невозможно. Генетика и ещё раз генетика В попытке найти хоть что-то, что связывает уровень счастья с музыкальными пристрастиями, исследователи обратились к полногеномным индексам (специальным оценкам вероятности высокого или низкого благополучия по структуре ДНК). Но сюрприз: никакой янтарной нити между теми, кому по генам "положено быть счастливыми", и любовью к поп или госпел обнаружено не было. Приятный кружок музыкальных предпочтений и психического здоровья распался на две самостоятельные меланхоличные линии. Итоги: слушай, что нравится, и не парься Выводы, мягко говоря, разочаровывающие для фанатов идеи "музыка исцеляет душу". Предпочтения по части жанров — это не магический пропуск в клуб счастливых. Всё, как всегда, гораздо банальнее: общие семейные и генетические факторы куда влиятельнее любой самой душевной мелодии. Конечно, учёные оговорились про ограничения: мало ли, вдруг в других странах с их собственными музыкальными странностями всё иначе. Может, где-нибудь в Эквадоре испанская гитара и делает людей счастливее (наука не проверяла). Плюс, изучали в основном шведов средних лет. Но, как бы ни было, иллюзии о "лечебной силе стиля" можно пока сложить в архив. Итог один: слушай, что хочешь, наслаждайся, но если пытаешься поднять себе настроение очередной подборкой, не удивляйся, если после трёх зажигательных треков захочется просто сделать звук потише и задуматься о вечном. Мозг и гены скажут спасибо. Научная команда, ради справедливости Авторы этого разоблачения музыкальных сказок: Анастасия Братченко, Penghao Xia, Доррет Бумсма, Miriam Mosing, Фредрик Уллен и Лаура Вессельдийк. Особо гордятся магистранткой Братченко, которая теперь пишет диссертацию в Эстонии. Успехов ей — такого оптимизма после темы хочется пожелать только другим!
Пенсия с музыкой, или Как не забыть свой пароль от Wi-Fi в старости?
Вам кажется, что музыкальные пристрастия на пенсии — это пережиток юности, а игра на баяне осталась где-то между телевизором и очередью в поликлинику? Ошибаетесь! Вот свежак из мира науки: если вы не хотите однажды забыть, где у вас чайник, а где кошка, стоит подружиться с музыкой. Не потому что любовь к Шопену вдруг омолодит вас до состояния подростка, а потому что статистика, упрямая как тёща, твердит: музыка — вполне себе бронежилет от деменции. Свеженькое исследование (да, не из соседского чата, а из вполне серьёзного Международного журнала геронтологической психиатрии) прозрачно намекает: регулярное общение с музыкой может сократить риск деменции аж на 39%. И если вдруг у вас есть пианино, и вы на нём не только складываете бельё, а иногда играете — ловите ещё минус 35% к шансу узнать своего терапевта в лицо к 80 годам. Зачем вообще копаться в музыкальных пристрастиях пенсионеров? Всё просто: люди живут дольше, болеть начинают раньше, а лекарства от потери памяти, как выяснилось, дороже, чем колонка JBL. Учёные поняли: сил на создание чудо-таблетки нет, зато можно найти волшебные привычки, которые оттянут болезнь лет эдак на... сколько получится. Фишка свежего исследования — в его размахе. Обычно опыты на эту тему напоминают попытку изучить Вселенную через замочную скважину: одни и те же бабушки, которые уже начинают забывать ключи в холодильнике. Здесь же отыскали почти 11 тысяч австралийцев за 70 и следили за ними почти пять лет. Никто из них на старте не "плавал" в диагнозе деменции, а к трём годам после старта их аккуратно расспросили — кто насколько дружит с музыкой. Оказалось, что те, кто честно признался: "Музыку слушаю всегда!" — рискуют впомнить свою молодость даже тогда, когда соседи уже начинают меняться на почте. У "музыкальных" на 39% меньше шансов сойти с ума в классическом понимании, и даже лёгкая рассеянность встречается реже на 17%. Есть в исследовании и сюрпризы для виртуозов, пиливших скрипку или гитару. Те, кто играет часто или всегда, имеют на 35% меньше риска закончить в компании забывчивых пенсионеров. Правда, игра на инструментах как-то не особо спасает от начальной стадии забывчивости — тут либо дар, либо, как говорится, не судьба. А если вы вдруг успеете и послушать Бетховена, и поиграть "Катюшу" перед кошкой — держитесь, риски падают ещё сильнее, на треть. А там, глядишь, и имя пса запомнится. Ещё один любопытный момент: разницу делает уровень образования. Если вы собирали дипломы, как фанат марки, и набрали 16 лет учёбы — музыка вас убережёт от деменции с вероятностью 63%! А вот тем, кто выполз только до 12 лет парты, такой фокус не поддаётся — и почему, учёные пока теряются в догадках. Конечно, не всё так радужно. Исследование всего лишь наблюдательное: никто же не заставлял бабушек хором слушать AC/DC по расписанию. Может, у кого мозги и так хороши — вот и полюбил музыку. Плюс, спрашивали пенсионеров — а те, как известно, иногда путают "люблю Аркадия Укупника" с "слушаю новости на радио". Играет ли роль стиль музыки или длительность концерта перед котом — никто не выяснял. Cтоит ли теперь срочно скупать флейты и подписываться на премиум в музыкальных сервисах? Пока вопрос открыт. Без гарантии, что после "Калинки" вы запомните фамилию внука. Однако следующий раз, когда сосед пожалуется на вашу громкую "Симфонию №9", смело скажите: "Я просто делаю профилактику!" В конце концов, не так уж много способов прожить старость с ясной головой, чтобы ими разбрасываться. Исследование носит длинное и скучное название, но его основная идея проста: музыка — не панацея, но явно не худшее, что может случиться с вашим мозгом на пенсии. Дед Мороз никогда не дарит таблетки от забвения, а вот очередная пластинка может пригодиться.