Исследования по тегу #эволюция
Приглашаем вас в мир современных исследований, где ученые со всего мира ищут ответы на самые актуальные вопросы психологии.
В этом разделе мы собрали для вас реальные клинические работы, которые помогают разрабатывать новые эффективные методики поддержки и терапии.
Чтобы вы могли сами заглянуть «внутрь» науки, каждая работа сопровождается ссылкой на её полный текст — официальный документ или научную статью.
Это уникальная возможность не просто прочитать выводы, а изучить все детали проведенной работы.
Мы верим, что открытый доступ к знаниям помогает всем нам лучше понимать себя и окружающих.
Сила – это прошлый век: почему в людях ценится другой инстинкт защиты
Хотите быть привлекательным? Забудьте про тренажёрку и килограммы мышц — вся эта накачка далеко не залог успеха. Новое исследование доказывает: главное в партнёре — готовность защитить, а не крепкая грудная клетка. Учёные решили выяснить, какой человеческий инстинкт сейчас рулит при поиске друзей и партнёров. И вот оказывается, несмотря на МУЖИКОВАТЫЕ фильмы и рассказы из турникетного прошлого, эффективность защитника определяется совсем не размером банки на бицепсе. Всё дело — в готовности броситься под каток ради ближнего. То есть, даже если чувак щуплый, как школьник, но в критический момент бросается на амбразуру, симпатии окружающих моментально взлетают. Мощный же бодибилдер, который при виде опасности уносит ноги, тут же теряет половину баллов по шкале привлекательности. Авторы исследования (а это серьёзные ребята во главе с Майклом Барлевом из Университета Аризоны) не поленились — провели сразу семь (!) экспериментов. Взяли больше четырёх с половиной тысяч американцев, заставили их прочитать разные сценарии: представьте, что гуляете с другом или на свидании, и тут на вас прёт пьяный агрессор. Как поведёт себя ваш спутник? Вариантов три: Он замечает опасность и становится между вами и хулиганом. Он в ужасе отпрыгивает в сторону, выставив вас вместо щита. Он так долго тормозит, что уже поздно реагировать. К каждому варианту прилагались детали о «силе» защитника: он слабее среднего, обычный или качок. Результаты ржачные, если не плачевные. Главный откровенный вывод: важнее всего оказалась не сила, а сама готовность впрячься за ближнего. Даже если герой моментально выхватил на орехи и рухнул – факт ПОПЫТКИ защищать засчитывается как плюс. Кто ушёл в закат — до свидания, привлекательность! Самое жёсткое: женщины оценивали мужчин-отступников особенно резко. Если парень не полез в драку — из кандидатов на второе свидание его вычёркивают практически мгновенно. Мужчины, оценивая женщин, вели себя либеральнее: уж если спутница дала дёру, рейтинг слегка проседал, но не катастрофически. Вот такие гендерные казусы. А вот интересный поворот: сила, в итоге, тоже работает, но лишь как косвенный намёк. Женщины подсознательно считают, что сильный защитник — скорее всего, и защищать будет. Но как только аналитики отделили реальную способность от готовности, выяснилось: размеры мышц — лишь дымовая завеса. Шанс прославиться защитником есть даже у тех, кому не суждено заткнуть гопника обратно в подворотню. Если человек попытался помочь, даже если это закончилось страданиями для обоих, к нему относятся мягче, чем к тому, кто просто сбросил пару тапков и пустился ветром под задний аккомпанемент. Вывод: важен не победный результат, а сам факт, что ты не трус. Дело дошло до сравнения: насколько мы хотим иметь такого друга, и насколько — именно романтического спутника? Оказалось, что к друзьям мы вообще менее требовательны, а вот к потенциальному партнёру — подавай не только чувство юмора, но и готовность с шашкой наголо. Барлев и компания ещё заметили: все эти приоритеты явно родом из каменного века. Потому что тогда полиция не была на каждом углу, и выбор дружить с вялым или геройским соседушкой определял, выживешь ли ты после очередного нападения. Да и теперь, несмотря на камеры, суды, государственную защиту, психология не спешит перепрошиваться: внутри нас по-прежнему живёт первобытный инстинкт. Но есть нюансы. Все тестируемые были американцами, большинство из которых живут там, где драка на улице — редкость. Не исключено, что в более опасных странах культ физической мощи до сих пор на подъёме. Там крепкое плечо действительно — не лишняя роскошь, а залог спокойствия. Авторы резюмируют: меньше смотрим на мускулы, больше — на настрой. В 21 веке предпочтение получают не те, кто мог бы изломать агрессора пополам, а те, кто, хотя бы не убежит — если вдруг запахнет жареным. И вот тут вопрос: а если в будущем той самой поддержки потребуется не в уличной потасовке, а, скажем, перед налоговой?
Брачный отбор: Почему нам так нравятся копии самих себя?
Австралийские ученые — не те, кто выращивает кенгуру, а те, кто заставляет компьютеры симулировать странности человеческой природы — опубликовали в Psychological Science любопытные результаты экспериментальной цифровой любви. Решили выяснить: почему мы так часто выбираем в пару людей, похожих на нас? Ответ оказался проще борща: если у вас в генах записаны определённые предпочтения, а у потенциальных партнёров — те черты, которые вы любите, то со временем этот замкнутый круг только сильнее закручивается. Так вот, ассоратативный отбор — не пугайтесь, это термин из биологии, не болезнь! — это когда люди (или животные, а что? У них свои свидания) выбирают себе вторых половинок с похожими чертами: будь то рост, образование, склонность к вечернему нытью или даже мировоззрение. Можно долго тешить себя надеждами, что это ради простоты коммуникации: мол, одинаковый лексикон, один уровень интеллекта — и бытовые ссоры завязываем одним узлом. Но австралийцы решили испортить эту романтичную версию. Шутка ли — провели компьютерную симуляцию, запрограммировав в нее нейтральные и более "выгодные" для выживания черты (ну как в Tinder, только на 100 поколений вперёд). Моделируемые "агенты" выбирали себе пару, исходя из наследуемых вкусов и параметров. И вот сюрприз: даже если никакой пользы от совпадения ростов или тёмных глаз нет, всё равно спустя десятки поколений система приходит к тому, что схожие — вместе, а разномастные — ищут друг друга где-нибудь в другом эксперименте. В природе встречаются два типа такого отбора: позитивный (когда сходные "сходятся"), и негативный (тут уже классическое "противоположности притягиваются"), но первый встречается гораздо чаще. То, что это не очередная прихоть человека — доказано на крысах, птичках и прочей фауне: природа словно любит клонировать удачные сочетания до посинения. Правда, есть обратная сторона медали. Так бывает, что семьи становятся генетически однообразнее, а популяции теряют разнообразие, как ассортимент в советском магазине. Авторы исследования, Кейтлин Т. Харпер и Брендан П. Зитч, объясняют всё через простой наследственный механизм. Если мама предпочитает высоких, а отец этот самый "высокий" — то ребёнок получит и вкус мамы, и папин рост. Пройдет еще пара десятков поколений — пахнет массовым производством любителей высокого и самих высоких. Всё закономерно, как уездная свадьба: наследуемое тянет к похожему. В итоге учёные пришли к выводу: для возникновения такого отсева не нужны ни брачные танцы, ни сложности уровня "Беверли-Хиллз". Только два условия: предпочтение и признак должны передаваться по наследству. И всё — природа рулит, человеческий расчет отдыхает. Но для поклонников реальной жизни есть ложка дёгтя: всё это лишь цифровая модель с заранее прописанными правилами. В реальном мире таких идеальных условий почти не бывает, поэтому возможно, что наши склоки и странные брачные выборы объясняются чем-то еще – например, кризисом мировой фантазии или банальной ленью искать новое. Авторы настояли: несмотря на компьютерную простоту эксперимента, их работа важна для понимания того, почему брачный рынок напоминает зеркало кривых отражений, а не веселую лотерею.
Почему у мужчин и женщин разные мозги, или гены, которые всё портят уже 70 миллионов лет
Исследования опять докопались: мужской и женский мозг различается не только тем, как они смотрят на носки на полу, а на куда более глубоком уровне. Учёные подтвердили: в мозгах мужчин и женщин сотни генов работают совершенно по-разному. Сколько бы теорий за последние десятилетия ни выдвигали про интеллект и поведение полов, становится ясно: разница в нас прописана где-то между строк ДНК, и появилась это чудо ещё до того, как пещерные люди узнали, что огонь не для того, чтобы его нюхать. Хотите знать, от чего зависит, как ведут себя мужчины и женщины? Вот вам факт: после секвенирования полного генома человека (это когда учёные наконец-то увидели все наши 20 тысяч генов как на ладони), стало очевидно — генетика играет первозданную скрипку. Человеческий ген — это не просто закодированный набор для сборки белка. Это ещё и хитроумная инструкция о том, в каком мозге какие процессики должны работать активнее, а в каком — спать в дремучем анабиозе. Учёные копались в мозгах (буквально — в тканях, взятых у давно ушедших из жизни мужчин и женщин) и докопались до удивительного: треть известных генов (а это не шуточки) проявляет большую активность либо у мужиков, либо у женщин — и не только в классических органах вроде яичек, но и в самых обычных тканях и даже мышцах! В мозге же это разнообразие цветёт особенно буйно: одни гены на пределе работают у мужчин, другие — у женщин. Для красоты статистики: 610 генов в мозге бодрствуют у мужчин, а 316 — у женщин. И, сюрприз-сюрприз, почти все они (90%) раскиданы по обычным хромосомам, которые есть у всех в паре, а не только на X или Y. Это не просто прогулка гормонов — хотя тестостерон и эстроген, конечно, не остались в стороне. Просто так повелось, что у разных полов эти гены либо дремлют, либо рвутся в бой. Но вот что интересно: эти различия начинают проявляться у плода ещё до того, как у него появятся половые признаки. В исследованиях мозгов младенцев, ещё не начавших полового созревания, у мальчиков активно работали более 1800 генов, у девочек — Значительная часть этих генов встречается и во взрослых мозгах. Так что да, природа решила всё задолго до того, как Настя поймёт, что ей больше нравится Барби, чем машинки. А как это сказывается? Тут встаёт вопрос без ответа: «Насколько это отражается на поведении и способностях?» Пока известно только то, что женские гены чаще отвечают за нейроны, а мужские — за всякие мембраны и ядерные дела. При этом некоторые гены активны только в определённых отделах мозга, так что, возможно, каждый пол таскает по голове свой пакет спецэффектов. Подло лишь то, что разница в активности РНК не всегда ведёт к разнице в белках. Клетки умудряются лавировать, чтобы не вышло лишнего хаоса. И бывает, что развитие у мальчиков и девочек идёт разными маршрутами, приводя, однако, в одну точку — как если бы в школу вы пошли через подъезд или через мусоропровод, но всё равно оказались на уроке математики. Но есть и неприятные новости: отношение между половой спецификой генов и тем, кто как болеет. Например, те гены, которые связаны с болезнью Альцгеймера, чаще работают у женщин — возможно, поэтому у них и деменция встречается в два раза чаще. А у грызунов мужской ген SRY усугубляет болезнь Паркинсона. Вот тебе и сила пола! А что, это только у людей мозги виртозно издеваются друг над другом? Как бы не так, товарищи. Шаблоны активности мужских и женских генов находят и у мышей, и у мартышек — да и вообще у всех приматов на любой вкус. Кстати, у этих наших собратьев-гоминид списки отличающихся генов подозрительно совпадают с человеческими. Вывод прост: мы с обезьянами наследуем эту генную кашу от общего предка, жившего ещё 70 миллионов лет назад. Возможно, природа выбрала разной стратегии поведения для разных полов уже на заре млекопитающих или даже позвоночных. И даже червяк-нематода тащит у себя комплексы половых генов! Так что хотели равенства — получите: разница у нас вшита глубоко-глубоко, ржавым молотком её оттуда не выбить.
Дружба — не магазин с кэшбеком: почему настоящие друзья не ведут подсчёт услуг
Все мы вроде как знаем, что такое дружба: одни прибежали, другие посочувствовали, третьи взяли бутылку воды и слушают, пока ты жалуешься на жизнь. Но в какой момент вообще понятно, что перед тобой настоящий друг, а не просто проходящий собеседник? Сколько раз еще нужно выручить друга, чтобы наконец не остаться в минусе, как при кредите? И, главное, когда тот момент, когда стоит признать: пора закрывать этот невидимый счёт? Долго считали психологи дружбу подобием бухгалтерии. Сколько мне сделали — сколько я дал в ответ? Хороший друг тот, кто вовремя отметился положением на твоём балансе. Жанр психологии самопомощи полон советов про дружеский «дебет» и «кредит», будто речь о банковском обслуживании пацанских отношений. Однако вся эта математика никак не объясняет, почему, когда ты едешь поддерживать друга в больницу, ничего не требуя, тебе кажется, что именно для этого и нужна дружба. Профессора на Западе додумались: социальный обмен, мол, не отражает всей палитры человеческих отношений. Дружба — штука куда хитрее. Исследования последних лет говорят: куда значимее система, которую психологи называют «риск-пуллинг» — иначе говоря, как вы и ваши друзья вместе выживаете в непредсказуемых ситуациях. Настоящие друзья не ведут тетрадку должников. Когда у кого-то из вашей стаи случается беда (от болезней до тупо сломанного холодильника), друг не ждет возврата услуг один к одному. Тут работает совсем другой механизм — помощь в трудную минуту ради общего выживания, а не ради плюсика в колонке «мои усилия». Эта штука, на минуточку, родом из глубокой древности. Наши предки, уверен, умели выбирать тех, с кем не погибнешь, даже если вокруг полный хаос — голод, холод, мамонты и внезапная изменчивость погоды. Такие друзья — как страховка: согрелись все вместе — молодцы, замёрз — вытянули. До сих пор исследователи, копаясь в обычаях народов от Фиджи до Уганды, обнаруживают удивительно схожие ритуалы взаимопомощи, где должники и кредиторы не водятся. Вот, например, массаи в Кении и Танзании. Их «осотуa» — не просто дружеские узы, а почти сакральная связь, где помощь оказывается строго по нужде, а не когда кому-то захотелось «заработать баллы». В этой экономике доброты нет места для регулярных бытовых дель. Ты просишь — только если по-настоящему припёкло, да и даешь не в расчёте на будущий дивиденд, а потому что можешь. Тут никто не перекладывает твои проблемы на личный казначейский стол. Антропологи подмечают: эти отношения, построенные совсем на другом принципе, реально помогают людям выживать, когда жизнь — не прогноз погоды, а игра на вылет. Осотуa — это не твой Сбербанк, где всё по расписанию и под отчет. Это живое соглашение: сегодня помог тебе, завтра ты — мне. Но только если гром окончательно грянул, а не из прихоти. В современном мире всё, вроде бы, устроено иначе: каждый сам за себя, а дружба часто сводится к лайкам, репостам и дежурным поздравлениям с днём рождения. Однако и тут случаются просветления. Фермеры на юге Аризоны и Нью-Мексико, как выяснили исследователи, не жмутся, если соседу плохо — попал в аварию или заболел. Помогают, не выбивая расписку о возврате. А вот если речь о простой, предсказуемой работе на пастбище, тут могут уже потребовать «отработать» или заплатить. Выходит, что дружба — это не копилка взаимных услуг, а страховка на случай беды. Здесь важны не столько щедрость, сколько уважение к себе и другому: просить о помощи стоит только, если ситуация действительно безвыходная, а помогать — лишь если можешь. Такой баланс ответственности и заботы, похоже, и поддерживает настоящие связи. В мире, где на горизонте постоянно маячит очередной апокалипсис, ценятся не те, кто рисует себе плюсики в таблицах, а те, кто может протянуть руку, когда остальной мир тихо отползает в сторону. Именно риск-пуллинговая дружба спасла наших предков — и вполне может спасти нас завтра.