Исследования по тегу #психоделики
Приглашаем вас в мир современных исследований, где ученые со всего мира ищут ответы на самые актуальные вопросы психологии.
В этом разделе мы собрали для вас реальные клинические работы, которые помогают разрабатывать новые эффективные методики поддержки и терапии.
Чтобы вы могли сами заглянуть «внутрь» науки, каждая работа сопровождается ссылкой на её полный текст — официальный документ или научную статью.
Это уникальная возможность не просто прочитать выводы, а изучить все детали проведенной работы.
Мы верим, что открытый доступ к знаниям помогает всем нам лучше понимать себя и окружающих.
Микродозинг: волшебная пилюля от лени или психоделический самообман?
Понравилось бы вам волшебное средство, которое превращает вас в утреннюю жаворонку, бегуна марафона и борца за ЗОЖ одним махом? Оказывается, кое-кто уже нашёл такой способ — микродозинг психоделиков. Нет-нет, не спешите представлять трипы в стиле Хантера Томпсона: микродозеры тщательно отмеряют себе крошечные дозы галлюциногенов, чтобы служить здоровью и не улетать на Луну. Новая статья в журнале Neuropharmacology посвятила своё внимание именно этой экзотике. Учёные выяснили: те, кто регулярно глотает мильными граммами псилоцибиновые трюфели (да, в Нидерландах это легально!) и другие психоделики, отмечают внезапные успехи на всех фронтах. Сон крепче, пробежки длиннее, тарелка с брокколи не вызывает ужаса — и всё это, если заранее поставить себе за цель "стать лучше". А вот теперь серьёзно: болезни вроде инфаркта и диабета уносят миллионы жизней ежегодно. Врачи уже сбились с ног, упрашивая людей бегать, есть зелёное и не пить до свинского визга. Но если сила воли где-то заблудилась между тарелкой пельменей и бутылкой пива — может, стоит вмешаться фармацевтической магии? Команда с труднопроизносимыми фамилиями во главе с Луизой Проказковой решила выяснить, насколько микродозинг в реальной жизни помогает менять повадки и привычки. Для этого они не вколачивали таблетки в лабораторных крыс, а расспросили 365 добровольцев. В среднем, дамы и господа подшофе своему здоровью были в районе 45 лет, и преимущественно — из Западной Европы и особенно Нидерландов. А как принимают свою "дозу" фанаты психоделического ЗОЖ? Половина из опрошенных поклоняются протоколу Фадимана — пилюля раз в три дня. Остальные строят свои графики, как хотят. Некоторые ещё и миксуют грибы с львиной гривой (это не африканский лев, а модная добавка Lion’s Mane) и ниацином, уверяя, что от этого голова работает острее. Что же заметили участники? Почти половина взахлёб рассказывала, как улучшился сон. Медитация и прочие духовные потуги — тоже пошли в гору. Спорт стал не пыткой, а поводом выгулять новое трико. Стало проще отказываться от алкоголя: 95% сумели урезать свою дозу или вовсе перестали тянуться к бутылке. Рабочие границы стали чётче, а на природу потянуло с такой силой, что хоть сейчас переезжай в лесную глушь. Почему работает? Механизм чудес прост: "психологическая гибкость" и вера в собственные силы. Проще говоря, мозги становятся податливее глины, и вот ты уже действуешь не по привычке, а как хочется (или как приказал фитнес-тренер в голове). Но есть и ложка дёгтя. Сам протокол или размер дозы роли не играют. Как и была ли у тебя депрессия раньше. Главное — зачем ты этим занялся. Решил всерьёз себя менять — получи бонусы. Ждёшь, что грибы сделают всё за тебя? Будешь ждать долго. Правда, восторгаться рано: все данные — из серии "а вот мне показалось, что помогло". Сравнить с группой плацебо не с чем, объективных замеров тоже нет. Те, кому не понравилось, скорее всего, на вопросы не отвечали. У малой части добровольцев были неприятности посерьёзнее: тошнота, дискомфорт в животе, сонливость — в общем, никакой радужной трипы. Как итог: учёные сами просят не бежать закупаться пачками трюфелей и львиной гривы, а ждать серьёзных исследований с настоящим контролем и тризубцем скепсиса. А пока — может, хватит надеяться на чудо и пора просто гулять, спать и есть овощи без всяких уловок?
Под кайфом и с любовью: психоделики обещают гармонию в отношениях (если повезет с терапевтом)
Психоделики снова на коне — не только для тех, кто ищет единорогов или очередную порцию просветления, но и для специалистов, пытающихся (не верится!) улучшить нашу эмпатичность и качество отношений. Свежий систематический обзор, опубликованный в Journal of Psychoactive Drugs, утверждает, что если принимать эти вещества не на вечеринке в арендованной квартире, а под присмотром специалистов, то шансы стать чуточку душевнее друг с другом возрастают. Исследования проводила троица: Анна Брэдфорд (магистрантка Колумбийского университета), Итан Фридман (тот же вуз, только факультет социальной работы), и Рэйчел Э. Динеро (доцент и глава лаборатории социальных исследований в Le Moyne College). Они решили выяснить: а можно ли таблетками от одиночества и проблем в общении заменить нудное обсуждение чувств по пятницам под гул батарей? За последние пару десятилетий психоделики типа псилоцибина (тот самый грибной компонент), MDMA (или "экстази" — король клубных тусовок), LSD, аяуаска (спасибо шаманам!) и кетамин снова стали любимчиками врачей. Уже доказали — при депрессиях и ПТСР бывают толк и чудеса. Но вот что с близостью? Кто бы мог подумать, что ученым пришло в голову не только спасать мозг от депрессии, но и попробовать сшить разбитые сердца! Почему вообще заниматься этим? Данные за предыдущие годы невесело намекают: отсутствие хороших человеческих связей ведёт не только к тоске, но и к финишу не хуже, чем сигареты или бургерные привычки. Близость и взаимозависимость — не просто красивые слова, а фундамент нашего физического и психического выживания. Исследователи начали ковыряться в куче англоязычных научных баз (целых семь это выдержали), устремив копатели взгляд на ключевые слова обо всем – от "интимности", "сексуальности" до "псилоцибина". На старте у них в сетях оказалось 5902 статей. После фильтрации остались стоящие внимания 19 работ. Условия были просты: только статьи с результатами по влиянию на близость, опубликованные и одобренные вроде бы адекватными учеными, на английском. Немного математики: девять исследований устроили в лабораториях — там все строго, дозы известны, наблюдает доктор. Шесть из них были с плацебо — так обычно проверяют, действительно ли эффект от вещества, а не потому что кто-то просто очень хотел обнять кого-нибудь рядом. Десять же опирались на рассказы счастливцев и не очень — как там кому "открылось" в бытовых условиях, на тусовках и ретритах. Выяснилось забавное: терапия под присмотром врачей работает, как надо. В семи из девяти лабораторных исследований участники отмечали, что стали лучше общаться, больше доверять и даже реже ссориться. Одна работа отметилась особо — под MDMA участники говорили в тестах чаще и ярче о своих эмоциях. Псилоцибин выиграл битву даже у антидепрессантов: после терапевтического курса люди дольше чувствовали себя связанными с окружающими. В парных исследованиях, где один мучился ПТСР, краткосрочная терапия MDMA помогла обоим супругам ощутить прилив счастья и доверия. Сходная динамика проявилась среди взрослых с аутизмом — после терапии они меньше боялись новых знакомств. Для выживших после СПИДа группы сессии с псилоцибином снижали тревогу от возможной утраты близких, хотя у тех, кто и так почти не допускал к себе других, эффект мог быть обратным. Но как только психоделики уходят из лаборатории в народ, на горизонте вырастает гидра побочных эффектов. Да, шесть из десяти "естественных" исследований описывают чувства тотального единения, эмпатии и лавины любви — особенно в коллективных церемониях, где "коммунитас" (дух общности) мог сохраняться неделями. Но четверка работ скинула в копилку и обратное – некоторые после трипов стали подозрительнее, тревожнее и отчужденнее; находились и те, у кого после "химсекса" интимные отношения только ухудшались. Ещё свежий пример: смешивание в ритуале низких доз MDMA с псилоцибином или LSD сопровождалось усиленным ощущением любви, но от одиночества людей эта алхимия не спасала. Главный вывод — вся суть в месте проведения и наличии трезвомыслящего специалиста. Без терапевта во главе и этических норм может дорасти до новых душевных травм: психоделики делают человека по-особенному уязвимым для внезапных "откровений" (и манипуляций). Всё это напоминает совет: если собрался чинить психику, не начинается это в квартире с немытой посудой, а лучше — в кресле у умеющего слушать врача. Есть, конечно, и минусы: во многих исследованиях полагались на память участников, а память, как известно, бывает такой, что после вечера с друзьями и свою фамилию вспомнить трудно. Само понятие "интимность" у каждого научного коллектива своё: кто-то тесты дает, другие — просто разговор ведут. И всё же суть понятна: психоделики в сопровождении профессионала — потенциальное лекарство не только от депрессии, но и от одиночества. Да, опасности велики, и истерия вокруг "колес" ещё крепка. Но, как и с любыми лекарствами: не знаешь дозу — ждёшь беды. Авторы обзора надеются, что их работа зажжёт новую искру интереса — уже к качественным исследованиям, а не к новым поводам для вечеринок.
ДМТ и клиническая смерть: одинаковые туннели, разные финалы
Про ДМТ и загробные странствия: как две капли воды, только одна с клоунами Если вы что-то слышали о людях, наведавшихся на тот свет и вернувшихся обратно, то знают они, видимо, больше, чем большинство из нас. Вездесущий яркий свет, стремительное со скоростью маршрутки движение по тоннелю, и, конечно, “просто фильм” из собственной жизни, который прокручивается в считанные секунды. И вот на этой дорожке событий бодро бегает ещё один хит – ДМТ, вещество семейства психоделиков, которое во многих странах считается не просто опасным, а прямым билетиком в тур по статье УК. Отличие? ДМТ можно попробовать и не умирать. Впрочем, и сравнивать тут есть что: ощущения после ДМТ и пережитой клинической смерти до странности похожи. Британский исследователь не поленился и, видимо, отчаявшись в скучных кабинетах, решил: лаборатория лабораторией, а дома лучше – и собрал 36 добровольцев, которые пушили ДМТ у себя в гостиной. Чтобы потом, рассевшись поудобнее, вспомнить в подробностях, что им привиделось с этой жизнью, с цветами, запахами, внезапной встречей с мультиками или даже с кем-то поважнее. Метод был новый – micro-phenomenology, по-нашему почти что “микрорасспросы о смысле бытия”: каждый участник по кирпичику воссоздавал всё пережитое. Дальше – анализ, сравнение с данными другой команды учёных, изучавших рассказы 34 человек, перенёсших остановку сердца, то есть реальную близость к смерти. Тут-то и выяснилось, что размах совпадений поражает. И те, и другие запросто оставляли свои бренные тела где-то в углу комнаты, отправлялись скитаться меж светил, сталкивались с непонятными существами и бродили по пространствам, где логика спрашивает: “Я здесь кому-нибудь нужна?” Везде туннели, вспышки света, нити воспоминаний. Похоже, мозг использует какой-то универсальный инвентарь спецэффектов: потеря ориентиров, кавалькада образов и нарушенное ощущение собственного тела. Но вот сюжет расходится – как улетевший тост в разных сторонах кухни. В классических эпизодах около-смерти люди довольно часто видят родных и любимых, давно отправившихся по ту сторону. Самое кинематографичное – жизненный просмотр и тот самый “порог”, за который не каждому позволено переходить. ДМТ же подкидывает нечто иное: сюрреалистических тварей, механических клоунов, змееподобных учёных и явления, от которых Фрейду потребовался бы отпуск. То есть, если клиническая смерть – это трогательная встреча с давно ушедшими, то ДМТ – скорее фантастическая выставка для любителей абсурда. Учёные бьются над объяснением: либо дело в биохимии мозга, либо приплюсовать стоит ещё и накопленные в жизни страхи, мечты и культурные “настройки”. Мозг, когда ему по-настоящему приходится худо, впадает в режим спецэффектов: одних выкинет к покойным родственникам, других отправит к инопланетянам. Захотите разгадывать загадку появления ДМТ в организме? У лабораторных крыс на предсмертной дорожке его нашли не только в шишковидной, но и в коре мозга – но для людей эти фокусы пока не подтверждены. Даже если умирающий мозг и начинает вырабатывать изрядное количество ДМТ, велик шанс, что ферменты тут же его утилизируют – тело не больно-то любит конкуренцию психоделиков с собственной серотониновой армией, особенно под стрессом. А вот у тех, у кого “стандартная” картинка смерти не прокрутилась, иногда на первый план выходят совсем уж сюрреалистические образы – как на особенно затейливой ДМТ-вечеринке. Есть версия, что тут вмешиваются либо слабые ожидания о том, какой должна быть почти-смерть, либо просто очень живое знакомство с психоделиками раньше. Всё это тонкий лед, который ещё предстоит исследовать. Заметим, что по-настоящему шаманы Амазонки, которые веками варили аяуаску (мистический напиток с добавлением ДМТ), вообще читают такие исследования западных учёных как баю-бай для ума. Для них духи – реальны и ни к чему объяснять природу загадочных тоннелей и световых шоу. Однако есть и практическая жилка. После клинической смерти страх перед уходом у многих словно кто-то аннулировал. Неожиданный бонус: раз ДМТ способен столь же сильно заставить поверить в потустороннее, то психоделик могут фотогенично встроить в терапию – для тех, кому трудно справиться с мыслью о смерти, будь он болен действительно или просто слишком долго слушал новости. Что дальше? Бегать с энцефалографом по кардиологии и ждать, когда мозг вновь включит свои всеобщие “декорации” иллюзий. А заодно признать: все эти клоуны, туннели и вспышки внутри головы делают смерть не менее загадочной, чем раньше, а жизнь чуть веселее – самим фактом того, что наша фантазия опять со всеми сыграла добрую шутку.