Наука обычно старается выглядеть человеком в белом халате: говорит о фактах, не вступает в партийные склоки и делает вид, что политические лозунги существуют где-то в параллельной вселенной. Но в последние годы некоторые известные научные журналы решили нарушить этот благородный обет молчания. И, судя по новому исследованию, публикация политических рекомендаций может дорого обойтись всей научной системе.
Исследование опубликовано в журнале Group Processes & Intergroup Relations. Его авторы — Stylianos Syropoulos, Kyle Fiore Law, Crystal Li, Bernhard Leidner и Kevin L. Young — выясняли, как американцы воспринимают научные организации после того, как те публично поддерживают кандидатов в президенты или резко критикуют их соперников.
Результат оказался неудобным: политические заявления научных журналов снижают общее доверие к науке, особенно среди умеренных и консервативных американцев. Люди начинают сильнее сомневаться в беспристрастности научных институтов и в том, что они действуют исключительно в интересах общества.
При этом есть важная оговорка. Такие заявления почти не меняют готовность людей следовать практическим научным рекомендациям — например, соблюдать санитарные меры. Иными словами, человек может решить, что наука стала слишком политизированной, но всё равно продолжить мыть руки и прислушиваться к советам врачей. Человечество, как выясняется, способно одновременно подозревать учёных в предвзятости и пользоваться их рекомендациями.
Почему политика так быстро портит репутацию науки
Доверие к научным учреждениям особенно важно во время пандемий, климатических кризисов и других ситуаций, где обществу приходится принимать решения на основе экспертных данных. Исторически научные организации старались сохранять аполитичный образ — прежде всего чтобы выглядеть независимыми арбитрами фактов.
Однако в последние годы несколько влиятельных журналов отошли от этой традиции. Редакторы публиковали материалы в поддержку демократов на президентских выборах или выступали с жёсткой критикой республиканцев. Авторы таких публикаций объясняли свою позицию необходимостью защищать научную добросовестность.
Исследователи решили проверить, не работает ли здесь хорошо знакомый психологический механизм — мотивированное мышление. Это склонность воспринимать информацию так, чтобы она подтверждала уже существующие убеждения и политическую идентичность. Если источник говорит что-то неприятное для человека, тот начинает внимательнее искать в его словах подвох, а иногда просто отправляет весь источник в мысленную мусорную корзину.
Учёные предположили, что политические рекомендации от научных журналов могут запускать именно такую реакцию. Умеренные и консервативные читатели, столкнувшись с поддержкой кандидата, который им не нравится, могли решить, что сама наука больше не является объективной.
Чтобы измерить доверие точнее, исследователи разделили его на несколько компонентов:
- Компетентность — считают ли люди, что учёные способны предоставлять точную информацию.
- Добросовестность — воспринимают ли науку как беспристрастную и объективную.
- Благонамеренность — верят ли люди, что научные учреждения работают на общественное благо и не преследуют скрытых целей.
- Поведенческое доверие — готовы ли люди следовать научным рекомендациям в повседневной жизни.
Эксперимент перед выборами 2020 года
Первый эксперимент провели незадолго до президентских выборов 2020 года. В нём участвовал 3081 человек, набранный через интернет.
Участникам случайным образом показывали один из двух вариантов текста о таких научных изданиях, как Science, The Lancet и Scientific American. Первая группа читала нейтральную справку об истории и задачах журнала — почти такую же невозмутимую, как короткая заметка информационного агентства.
Вторая группа получала тот же текст, но с фрагментом настоящей редакционной статьи. В ней журнал поддерживал Joe Biden или критиковал Donald Trump.
После чтения участники отвечали на вопросы о доверии к науке и готовности соблюдать рекомендации в сфере общественного здравоохранения. Выяснилось, что политические заявления действительно снижали общее доверие к научным учреждениям. Люди чаще считали, что наука не вполне беспристрастна, то есть оценка её добросовестности ухудшалась.
Сильнее всего эффект проявился среди умеренных и консервативных участников. У консерваторов также выросла вера в теории заговора, связанные с наукой и происхождением коронавируса. Это указывало на падение доверия к благонамеренности научных институтов: часть людей начинала подозревать, что за научными заявлениями стоят скрытые мотивы.
Но готовность соблюдать практические рекомендации при этом статистически значимо не изменилась. Политический текст испортил репутацию науки, но не заставил участников массово отказаться от конкретных советов по охране здоровья.
Вторая проверка: тот же неприятный результат
За несколько дней до ноябрьских выборов 2020 года исследователи провели второй эксперимент. В нём участвовали 1056 человек, подобранных в соответствии с общенациональными демографическими квотами по возрасту, полу и этнической принадлежности.
Схема повторяла первый эксперимент: одним участникам показывали нейтральную справку, другим — редакционный текст с политической позицией научного журнала.
Результат вновь оказался похожим. Политические материалы снижали общее доверие к науке и усиливали ощущение, что она предвзята. И снова основной вклад в этот эффект вносили умеренные и консервативные респонденты.
На этот раз участники из экспериментальной группы также реже заявляли, что будут использовать научные источники для получения информации о коронавирусе. Это может указывать на снижение доверия к компетентности науки.
При этом готовность соблюдать практические меры безопасности опять не изменилась статистически значимо. Вера в теории заговора среди участников этого эксперимента также не показала заметного роста. Видимо, даже политизированная наука не способна одинаково раздражать всех и сразу — у людей остаются разные пределы подозрительности.
Что показал эксперимент 2024 года
Третий эксперимент провели через четыре года, во время президентской кампании 2024 года. В нём участвовали 2144 человека. Они читали материалы о Scientific American, Nature или The Economist. Последний журнал включили потому, что он широко освещает науку и технологии и обращается не только к узким специалистам.
Как и прежде, одной части участников показывали нейтральные описания изданий, а другой — настоящие редакционные статьи с поддержкой Kamala Harris или критикой Donald Trump.
Поскольку пандемия уже не была центральной темой, вопросы о коронавирусе из исследования убрали. Вместо них добавили оценки общего восприятия научной объективности и пользы науки для общества.
Картина практически повторила данные 2020 года. После чтения политических рекомендаций участники меньше доверяли науке в целом и чаще считали, что научные исследования зависят от личных и политических ценностей учёных. У них также снижалась уверенность в том, что наука объективна и приносит пользу обществу.
Наиболее заметным это снижение вновь было среди умеренных и консервативных респондентов. Наука, которая решила зайти на политическую арену, обнаружила там простое правило: зрители редко запоминают сложную аргументацию, зато прекрасно запоминают, за кого вы болели.
Можно ли учёным просто молчать?
У исследования есть существенное ограничение. Все использованные редакционные материалы поддерживали кандидатов-демократов или критиковали кандидатов-республиканцев. Авторы сознательно брали реальные публикации, чтобы эксперимент как можно точнее отражал происходящее в жизни.
Поэтому неизвестно, как либеральные американцы отреагировали бы на научный журнал, поддержавший консервативного кандидата. Иными словами, работа показывает реакцию на конкретный политический перекос, но не доказывает, что точно такой же эффект возник бы при любом направлении политического заявления.
Кроме того, полное молчание научного сообщества тоже может обернуться репутационными потерями. Если политики атакуют научное финансирование или распространяют заведомо ложную информацию, отказ от ответа способен выглядеть не как нейтралитет, а как капитуляция. В таком случае научные организации рискуют показаться неспособными защищать собственную сферу.
Главная задача, по мнению исследователей, — найти баланс: опровергать ложные утверждения и выступать за решения, основанные на доказательствах, но при этом не превращаться в очередной партийный штаб в лабораторных халатах.
Будущие исследования должны показать, как научным организациям защищать факты и общественные интересы так, чтобы не потерять доверие людей по разные стороны политического спектра. Пока же вывод выглядит довольно прозаично: политическая активность научных журналов может укреплять позиции среди единомышленников, но одновременно отталкивать тех, кто видит в науке прежде всего независимый источник знаний.