Психологическое стремление быть настоящей жертвой: свежие исследования раскладывают по полочкам американскую болезнь
Когда в США речь заходит о политике, местные сторонники выглядят, будто собрались на конкурс: кто больше пострадал и кому достанется приз за главную жертву года. Любишь чуть поострее? Пожалуйста: последние научные данные утверждают — эта страсть к монополии на страдание вредит не только психике, но и самой демократии.
Ведущие умы из Пенсильванского университета, Duke University, University College Dublin, The University of Utah и Тель-Авивского университета забрались в дебри американской души после событий 6 января 2020 года (атака на Капитолий). Пока одни называли случившееся ударом по демократии, другие энергично уверяли: это они – настоящие жертвы «украденных выборов». Классика: грабитель кричит «держи вора!».
И вот исследователи задались вопросом: почему, когда дело доходит до политических конфликтов, обе стороны соревнуются в нытье, а не в аргументированной дискуссии? Ответ получился неутешительный: чем больше рвётся группа быть самой страдающей, тем активнее она поддерживает антидемократические меры.
Скажете, чепуха? Ан нет. Для масштабного опроса привлекли 2000 взрослых (репрезентативная выборка по полу, возрасту, расе и политическим взглядам). Поровну демократов и республиканцев. Испытуемых спросили: как сильно они считают свою группу жертвой по сравнению с «теми мерзавцами» по ту сторону баррикад? Затем посмотрели, насколько активно они цепляют оппонентам негативные ярлыки вроде «дикарь» и как относятся к идее «уронить противника всеми способами, даже если стране станет хуже». Картинка получилась вполне в духе текущей политреальности: у обоих лагерей «комплекс жертвы» процветает, причем разницы между демократами и республиканцами особо нет.
Но дальше — веселее. Оказывается, чем дальше заходят в «соревнование страдальцев-экстремистов», тем чаще готовы топить за любые жёсткие законы назло соперникам: перекраивать округа для победы, прикручивать СМИ, рубить по больному.
Психологическая магия раскручивается так: сначала ваш лагерь бодро объявляет себя жертвой глобального заговора. Потом оппоненты в вашей голове становятся не людьми, а коварными монстрами без морали, которых и жалеть не стыдно. И вот уже любая подлянка ради «справедливости» кажется не просто допустимой — святой обязанностью.
У демократов эту цепочку почти полностью замыкает процесс «обезличивания» оппонентов — они переходят с рациональных аргументов на разговор в стиле: «вы вообще люди?» Для республиканцев же схема объёмнее: тут к обезличиванию добавляется ещё и крепкая порция банальной неприязни.
Если вспомнить про любителей делать жертву главным талантом (в стиле «чем больше ты страдаешь — тем больше тебе можно»), то подобный подход давно разбирал Boaz Hameiri. По его работам, отдельные личности с вечным синдромом жертвы куда легче поддерживают насилие в политике. Новое исследование переводит всё на групповой уровень, показывая: валовой страдающий коллектив рано или поздно начнет требовать не сочувствия, а расправы.
Добавим сюда ещё теорию «Significance Quest» — по ней люди радикализуются, когда хотят вернуть ощущение важности и смысла в своей группе или собственной жизни. Логика понятна: если ты жертва, то любые средства хороши, чтобы отыграться и отвоевать уважение. Заодно смазывается моральная граница: «мы — невинные мученики», — значит, можно и по голове настучать.
Кстати, игра на поле «мы страдаем, дайте больше прав» — не только американская забава. Исследования Nurit Shnabel показывают: и сильные, и слабые группы периодически лезут в петлю жертвенности, чтобы отмыть репутацию и выторговать побольше пирога.
Не забываем и про другую интересную сторону: «темные личности» — нарциссы и махинаторы — обожают использовать страдание как социальный айфон последней модели. Работы Karl Aquino и Ekin Ok демонстрируют: такие люди отлично умеют «сигнализировать» о своей жертвенности, чтобы получить ресурсы, а окружающие со временем начинают чувствовать в них фальшивую ноту. Перенося это всё на политические группы, видно: нытьё на тему «нас обижают» — не крик о помощи, а удобный способ заработать себе индульгенцию на пакости.
Плюс — связь с конспирологией железобетонная. Как только у группы появляется «обретающая справедливость» чувствительность, следом тянется вера в заговоры: «нас гнобят тайные силы!» Видите, как быстро «мы — страдальцы» превращается в «они — злодеи»?
Продвинутый читатель, конечно, поинтересуется: исследование-то надёжное? Есть нюанс: авторы признают, что опрос проведён разово, и, теоретически, причина и следствие могут быть перепутаны, или идти навстречу друг другу. К тому же, это только США. Что будет в других странах, где политический цирк устроен иначе — вопрос открытый.
Тем не менее, йод на эпидемию льют: как только у групп «накрывает» комплекс жертвы, даже те, кто вчера отказывались «сдавать демократию за печенье», начинают смотреть сквозь пальцы на любые грязные трюки. Небольшое утешение: пока что общее неприятие антидемократических мер в США ещё довольно высокое, но стоит ли расслабляться — большой вопрос.
Авторы исследования, кстати, советуют: может, если перестанем соревноваться в том, кто страдает сильнее, придём хотя бы к цивилизованной ссоре? Научный вывод простой: охота за статусом главной жертвы рискованно размывает человеческий облик — сперва у оппонентов, а потом и у себя.